Четырехлапым защитникам отечества,
вставшим на защиту Родины в 1941 посвящается...

Собак не поминают поименно,
Им не дают наград и орденов,
Но всё же должен помнить мир спасённый,
О подвиге собак со всех дворов!

Услышала я, может не случайно,
Историю, как шёл Великий бой!
Мне рассказал о подвиге отчаянном
Один седой участник битвы той!

Я слушала его и удивлялась,
Не уж-то правду говорит седой старик!?
И на груди его награда красовалась,
Но не хвалился той наградой фронтовик.

Тот бой тяжёлый в памяти остался…
Он не забыл историю о том…,
Как с ними рядом с танками сражался,
Четырёхлапый, храбрый батальон!

- Полуголодные, худющие дворняги,
Глазами умными - всё вглядывались в нас.
А мы на них скорей гранаты надевали,
Им командир уже смертельный дал приказ!

Собакам мы должны быть благодарны!
За то, что были рядом в те года,
Их дружба и шальная солидарность,
Пусть остаются с нами навсегда!

Как мало вы дворняги воевали,
Подбитый танк - и нет в помине вас.
И мы, глотая слёзы, вспоминали,
Собак, что жизни отдали за нас!

Мне трудно говорить о наболевшем,
Я видел этот ужас не во сне!
Э…х! Знали б Вы, что значит танк сгоревший!
Ведь это не прошедший танк к Москве!

Я видел, как собаки воевали,
Я не забуду это никогда!
И дай-то Бог, чтоб люди осознали,
Что это Он им помогал тогда!

Да разве можно позабыть такое!
В неравной схватке жизни не щадя,
Дворняги шли на смерть за нас с тобою!
Такое, люди, забывать нельзя!

Всё говорят, кто прошлое забудет,
Тогда и будущее не увидит Вас!
Задумались бы Вы над этим, люди,
То столько злобы не было бы в нас!

Собак я не любил и ненавидел,
Пока нас не свела судьба в бою!
Прошли года, но, где бы их не видел,
С тех пор склоняю голову свою!

автор не известен

В ПАМЯТЬ О СОБАКАХ ВОЙНЫ

Сколько сказано слов.
Может чья- нибудь муза устала
Говорить о войне
И тревожить солдатские сны…
Только кажется мне,
До обиды написано мало
О собаках- бойцах,
Защищавших нас в годы войны!

Стёрлись в памяти клички.
Не вспомнить теперь и мордашку.
Мы, пришедшие позже,
Не знаем совсем ничего.
Лишь седой ветеран
Ещё помнит собачью упряжку
В медсанбат дотащившую
С поля боя когда- то его!

Связки мин и гранат
Относили собаки под танки.
Защищая страну
И солдат от нависшей беды.
После боя бойцы
Хоронили собачьи останки.
Только нет там теперь
Ни холма, ни креста, ни звезды!

Батальон окружён,
Ни еды, ни снарядов, ни связи.
Свистопляска вокруг
И осколков и пуль круговерть.
С донесением псы
Пробирались и близили праздник.
Всем, даруя свободу,
А себе, зачастую, лишь смерть.

И собачья честь
Не замарана подлым предательством!
Жалким трусом из псов
Не отметил себя ни один!
Воевали они
Без присяги, но всё ж с обязательством
Вместе с Армией Красной
Уничтожить фашистский Берлин.

И когда в майский день
На могилы приходим святые.
И святое храня
Мы минуту молчанья стоим.
То пускай эта дань
И огонь, и цветы полевые
Будут памятью светлой
Будут скромной наградой и им!

Их долго везли куда-то.
Их выгрузили в лесочке.
Ветер дул бесновато.
Было сыро и зябко очень.
Их подвели к опушке.
Всем нацепили ранцы.
И дали команду - кушай,
Дуйте вперред, засранцы!

И пестрой волной лохматой,
Овчарки, эрдели, метисы,
Они побежали к танкам.
Там, под траками, миски...

Десять "фрицев" подбито
За десять смертей собачьих.
Отводит глаза кинолог...
Не плачет, совсем не плачет

На острие атаки
минёрам и их верным
четвероногим помощникам
посвящаю

На острие атаки -
Нервов в висках набат!
В желтых глазах собаки
Вижу я преданный взгляд.

В жёлтых глазах собаки
Вижу: - Держись, солдат!
И вот уже рвутся танки,
Команда: - Не сметь назад!

Коварное поле - мины...
Сноровка, не подведи!
Вновь холод и пот - мне в спину,
И смерти оскал - впереди.

Но вижу глаза собаки, -
Она на поле - солдат!
На острие атаки,
Она мне как друг, как брат!

На острие атаки -
Нерв - оголённый ад!
В жёлтых глазах собаки
Читаю: - Опасность, брат!

Руки дрожать не смеют,
Нервы - в стальной комок!
На острие - мы с нею!
И да поможет Бог!..

И, обезвредив мины,
Пот вытирая со лба,
Вижу, из глаз у псины,
Скатилась, застыв, слеза...

Крепко, двумя руками,
Прижму, спустив поводок, -
Сегодня Господь был с нами,
Спасибо тебе, браток...

В жёлтых глазах собаки
Читаю ответ - любовь.
На острие атаки
Минное поле, кровь...

Мария Борисова

Применение собак в военных целях имеет свою давнюю историю, дошедшую до нас по историческим памятникам, наскальным изображениям и старинным летописям. Еще во время войн рабовладельческого периода в первых рядах наступающих войск шли очень злые крупные собаки, за ними — воины-рабы, и, наконец, замыкали строй воины привилегированного сословия. За несколько тысяч лет до нашей эры, для охраны крепостей от врагов злобных собак на ночь оставляли за стенами крепости. При приближении врага собаки поднимали лай, предупреждая стражу. С совершенствованием огнестрельного оружия отпала необходимость использования собак в качестве средства массового нападения, и они стали выполнять роль связистов, подносчиков патронов, донесений и т. д. Летопись свидетельствует, что у царя Петра I была собака, которая во время многочисленных походов помогала поддерживать связь с военачальниками, перенося приказы и донесения. Во время русско-японской войны 1904—1905 гг, . в отдельных частях русской армии, собаки использовались в сторожевой и санитарной службах.

На историческом параде Победы в Великой Отечественной войне в Москве в 1945 году в одном строю с пехотинцами, разведчиками, танкистами, саперами шли солдаты подразделений военного собаководства со своими четвероногими питомцами.

Великая Отечественная на деле доказала эффективность применения собак в военных целях. К началу войны на учете в клубах Осоавиахима их стояло свыше 40 тысяч, а к концу — Советский Союз вышел на первое место в мире по использованию собак в военных целях. В период с 1939 по 1945 год было создано 168 отдельных воинских частей, использовавших собак. На различных фронтах действовали 69 отдельных взводов нартовых отрядов, 29 отдельных рот миноискателей, 13 отдельных специальных отрядов, 36 отдельных батальонов нартовых отрядов, 19 отдельных батальонов миноискателей и 2 отдельных спецполка. Кроме этого периодически участвовали в боевых действиях 7 учебных батальонов курсантского состава Центральной школы служебного собаководства.

По всем военным дорогам прошли более 68 тысяч собак, которые внесли неоценимый вклад в дело Великой Победы над врагом.

Животные работали нюхачами, искальщиками мин, поводырями, вытаскивали раненых из развалин или из боя, иногда их использовали как камикадзе — обвязывали взрывным устройством, и животное бросалось под танк и погибало...

Ездовые собаки, около 15 тысяч упряжек, летом на специальных тележках, зимой на нартах под огнем вывозили с поля боя тяжелораненых, подвозили боеприпасы, грузы.

Масштабы военных, действий потребовали от Центральной школы собаководства Красной Армии, производившей формирование ездовых подразделений, проделать большую работу по укомплектованию их собаками, спецснаряжением, установками и подготовленным личным составом — вожатыми-санитарами.

Упряжки ездовых собак во время войны состояли в основном из кобелей, которые быстро приучались друг к другу. Приучение собак друг к другу во избежание будущих драк вожатые производили во время обучения их службе и содержания на месте.

Собаки-санитары искали раненых, на спине перевозили медикаменты, перевязочный материал.

Собаки-миноискатели обнаруживали, а саперы обезвреживали мины, фугасы. Собаки разминировали Белгород, Киев, Одессу, Новгород, Витебск, Полоцк, Варшаву, Прагу, Вену, Будапешт, Берлин.

Использовались собаки и в отрядах Смерша для поиска диверсионных групп противника, особенно для поиска вражеских снайперов-«кукушек». Чаще всего в каждый из отрядов входили 1—2 стрелковых отделения, оперативный работник органов НКВД или НКГБ, связист с радиостанцией, и вожатый со служебно-розыскной собакой.

Из директив: «ГУКР считает нужным еще раз напомнить, что при проведении войсковой операции в Шиловичском лесу собаки, обладающие верхним-дальним чутьем и опытом отыскания тайников и схронов, должны быть использованы на самых перспективных участках».

Собаки-истребители бросались, шли на смерть, подорвав более 300 танков, железнодорожные составы. Собаки подрывали вражескую бронетехнику в боях под Москвой, Ленинградом, Сталинградом, Брянском. Из директивы начальника инженерных войск Советской Армии всем фронтам от 17 ноября 1944 года: «В Ясско — Кишеневский операции взвод собак-миноискателей успешно выполнял задачу по сопровождению танков. Этот специально обученный взвод сопровождал танки во всю глубину зоны оперативных заграждений противника. Собаки привыкли к езде на броне танков, к шуму моторов и стрельбе из орудий. В местах, подозрительных на минирование, собаки-миноискатели под прикрытием огня танков производили разведку и обнаруживали минные поля».

Из донесения командующего 30-й армией генерал-лейтенанта Лелюшенко от 14 марта 1942 г.: «В период разгрома немцев под Москвой пущенные в атаку танки противника были обращены в бегство собаками истребительного батальона. Противник боится противотанковых собак и специально за ними охотится».

Сторожевые собаки работали в боевом охранении, в засадах, доставляли боевые донесения.

Июнь 1941г. Среди отступавших порядков Красной Армии был отдельный батальон Коломийского пограничного отряда, располагавший 150 служебными собаками. В ходе затяжных боев вышестоящее начальство неоднократно предлагало майору Лопатину овчарок отпустить, но он не делал этого, хотя и проблематично было кормить и содержать в порядке четвероногих «пограничников».
И в самый критический момент нескончаемых немецких атак близ села Легедзино по Уманью, когда командир почувствовал, что больше не устоять, он послал в атаку на фашистов... собак.
Старожилы до сих пор помнят истошные крики, панические вопли, лай и рык, звучавшие окрест. А очевидцы говорили, что раненые хвостатые бойцы даже в предсмертной судороге вцеплялись в горло врага.
Не ожидавшие такого оборота, немцы стушевались и отступили. Накануне 9 мая 2003 года на окраине села, в том месте, где окончился этот бой, был установлен памятник в честь пограничников и их четвероногих помощников.

В дни обороны Ленинграда фашистское командование сообщало, что «русские выпустили на позиции бешеных собак». На самом деле это были вполне здоровые псы, обученные взрывать вражеские объекты, железнодорожные коммуникации и укрытия.
Незаурядные способности в этом проявила дворняжка Дина, поступившая на передовую из Центральной школы военного собаководства, где она прошла курс обучения истребителя танков.
В батальоне собак-миноискателей Дина приобрела вторую специальность — минера и успешно осваивала третью — диверсанта. Премудростям этой профессии обучались и другие четвероногие бойцы. Вскоре диверсионная группа была подготовлена. Специальная комиссия штаба фронта внимательно проверила каждого вожатого, каждую собаку. Через несколько дней поступил приказ — отправить группу в тыл противника.
Долгое время от диверсантов не было никаких известий. И вот пришло сообщение: «Сработала Дина». В сводке говорилось: «19 августа 1943 года на перегоне Полоцк – Дрисса подорван эшелон с живой силой и техникой противника. Чтобы обезопасить себя, немцы по пути следования эшелона вырубили лес. Единственным способом незаметно подобраться к составу, было пустить на подрыв собаку-смертника. Но смышленая Дина подкралась к поезду, скинула взрывчатку и невредимой вернулась назад. Уничтожены 10 вагонов, выведен из строя большой участок железной дороги, от взорвавшихся цистерн с горючим на всем участке распространился пожар.».
О подвиге подрывника - дворняжки Дине - писали газеты всего мира.

У коменданта была привязанность к догам
И был экземпляр, казался слоном среди всех.
Даже эсэсовцы боялись верзилу-дога
И вот этот зверь величаво шагнул на снег

И вывели жертву...
Стоял мальчишка продрогнув,
Куда тут бежать, он давно ослабел.
Комендант наклонился, подал команду догу
И тот в два прыжка расстояние преодолел.

Обнюхав жертву, прошелся спокойно рядом
Был он великолепен в размашистом, легком шагу.
Вернулся дог к коменданту,
и честным собачьим взглядом
Сказал человеку пёс - "Ребёнок ведь, не могу!"

Лагфюрер пожал плечами,
Ему-то разницы нету,
Раскрыл кобуру у пряжки с надписью "С нами Бог",
Но едва сверкнула вороненая сталь пистолета
В эсэсовское горло впился красавец дог!

Дога четвертовали,
Пустив под лопасти шнека……
Я вряд ли теперь найду в Сан-Пельтене свой барак,
Но эту собаку я вспоминаю как Человека
Единственного Человека,
Среди фашистских собак!

Джульбарс на сталинской шинели

В первые послевоенные годы на зданиях многих городов Украины можно было встретить надпись: «Проверено, мин нет!» и под ними — фамилии сержантов и офицеров, чьи подразделения проводили разминирование. Оставлять подобные указатели было правилом для саперных частей.
Таким же образом поступали и бойцы, работающие с собаками-миноискателями. И делали они это, надо сказать, с особой гордостью, будучи твердо уверенными, что те участки и объекты, которые были проверены собаками, гарантировали полную безопасность.
Среди четвероногих миноискателей были и свои лидеры, чьи имена, то бишь клички, вошли в историю. В ЦАМО (Центральном архиве Министерства обороны) хранятся документы, рассказывающие о боевом пути минно-разыскной собаки по кличке Джульбарс, служившей в составе 14-й штурмовой инженерно-саперной бригады.
Замки Праги, соборы Вены, дворцы над Дунаем — эти уникальные памятники архитектуры дожили до наших дней и благодаря феноменальному чутью Джульбарса. Документальным подтверждением тому служит справка, в которой сообщается, что с сентября 1944-го по август 1945 года, принимая участие в разминировании на территории Румынии, Чехословакии, Венгрии и Австрии, служебная собака по кличке Джульбарс обнаружила 7468 мин и более 150 снарядов. Отменное чутье неутомимого пса отмечали и саперы, разминировавшие могилу Тараса Шевченко в Каневе и Владимирский собор в Киеве.
С Джульбарсом связан еще один интересный факт. Среди многочисленных питомцев Центральной школы военного собаководства, заслуживших почетное право принимать участие в Параде Победы, состоявшемся на Красной площади 24 июня 1945 года, был и Джульбарс. В этот день пес еще не оправился от полученного ранения и не мог пройти в составе ЦОКЗШВС (Центральная ордена Красной Звезды школа военных собак). Ее начальник генерал-майор Григорий Медведев доложил об этом командовавшему парадом маршалу Константину Рокоссовскому, который поставил в известность Иосифа Сталина.
Главнокомандующий распорядился: «Пусть эту собаку пронесут на руках по Красной площади на моей шинели…» Вслед за «коробкой» ЦОКЗШВС на Параде Победы шел главный кинолог Международной федерации служебного собаководства подполковник Александр Мазовер, неся Джульбарса на сталинской шинели… При чем подполковнику Мазоверу, разрешили не отдавать честь главнокомандующему и не чеканить шаг, чтобы не растрясти раненого пса.


На фото Летчики-Герои СССР Михаил Лусто (слева) и Евгений Мариинский (справа) с легендарной собакой Джульбарсом. 1945г.

Прототип Мухтара из известного фильма – немецкая овчарка Султан. При его участии было раскрыто около 1200 преступлений, задержано более 600 преступников.
Но в его уникальной биографии присутствует еще одно число с двумя нулями, Султан – едва ли не единственная собака, которой удалось пережить блокаду - 900 дней….
История Султана и его хозяина Петра Серапионовича Бушмина в Ленинграде была известна многим. Милиционер приучил своего «напарника» работать в любых условиях.
Они вместе воевали на финском фронте, а спустя два года занимались поимкой диверсантов в блокадном городе, участвовали в операциях по ликвидации вражеских парашютистов на Дороге жизни, ловили воров и мародеров. Вместе они помогли вернуть государству украденного на 3 миллиона рублей!

Уже после войны дважды раненный преступниками Султан стал плохо видеть. Были предложения его усыпить. Но начальник ленинградской милиции И. В. Соловьев приказал оставить его на довольствии до естественной смерти. После смерти его чучело было помещено в Музей истории Краснознаменной ленинградской милиции.


В 1964 году известный писатель Израиль Меттер зашел в Ленинградский музей криминалистики. Его внимание сразу привлекло чучело собаки и стоявший возле нее пожилой мужчина в милицейской форме. Милиционер с грустью смотрел на овчарку и плакал. «Меттер поинтересовался, почему расплакался сыщик, - вспоминает сотрудница музея Татьяна Константинова. - Так писатель познакомился с майором милиции в отставке Петром Бушминым и услышал историю Султана, который в повести, а впоследствии и в фильме по идеологическим причинам превратился в Мухтара».

до войны в ленинградском клубе служебного собаководства на учете состоял колли Дикойт (Дик). Осенью 1941 года Дик был зачислен в армию, быстро и отлично дрессировался на различные виды службы (санитарная, связная, диверсант), легко перенес блокаду, длительное пербывание на переднем крае обороны под постоянным огнем. В 1943 году в месячный срок был переподготовлен на минно-розыскную службу, на которой показал блестящие результаты. К 1945 году он имел на личном счету свыше 10 500 мин и фугасов самой сложной установки, участвовал в разминировании многих городов Советского Союза и Европы. Вожатый Дика получил личную благодарность Маршала Советского Союза и 5 правительственных наград, его владелица получила благодарственное письмо от командования.
после окончания войны и демобилизации, Дик вернулся к хозяйке, участвовал в первой послевоенной выставке ленинградского КСС, где получил награду и золотую медаль

На Черкащине есть уникальный памятник 150 пограничным псам, которые «порвали» полк фашистов в рукопашном бою

Эта единственная за всю историю мировых войн и конфликтов битва людей и собак произошла в самом центре Украины много лет назад, а дело было так…

Шел третий месяц войны, точнее, он только начался, когда в конце июля произошли события, впервые изменившие ход Великой Отечественной, или весь ход «Восточной компании», как называли войну в ставке Гитлера. Немногим известно, что по его же приказу, к 3 августа должен был пасть Киев, а на 8-е число на «парад победы» в столицу Украины собирался приехать сам Гитлер, да не один, а с вождем Италии Муссолини и диктатором Словакии Тиссо. В «лоб» взять Киев не удалось, и поступил приказ, обойти его с юга… Так в людской молве появилось страшное слово «Зеленая Брама», местность, не указанная ни на одних картах великих сражений Великой Войны.

Этот лесисто-холмистый массив на правобережье реки Синюха, возле сел Подвысокое в Новоархангельском районе Кировоградщины и Легезино Тальновского района Черкащины лишь сегодня известно, как одно из самых трагических событий первых месяцев Великой Отечественной войны. Да и то, благодаря тому, что участником ожесточенных боев в ходе Уманской оборонительной операции был известный поэт-песенник Евгений Аронович Долматовский. С выходом в 1985-м его книги «Зеленая Брама» (полного формата) тайна «Зеленой Брамы» была раскрыта… В этих местах попали в окружение и были практически полностью уничтожены отходящие от западной границы 6-я и 12-я армии Юго-Западного фронта генералов Музыченко и Понеделина. К началу августа они насчитывали 130 тысяч человек, из Брамы к своим вышло 11 тысячам солдат и офицеров, главным образом из тыловых частей. Остальные - либо попали в плен, либо навсегда остались в урочище Зеленая Брама...

В отдельном батальоне пограничного отряда охраны тыла Юго-Западного фронта, который был создан на базе Отдельной Коломийской пограничной комендатуры и одноименного пограничного отряда, с тяжелыми боями отступающего от границы, находились служебные собаки. Они вместе с бойцами пограничного отряда стойко переносили все тяготы сурового времени. Командир батальона, он же замначальника штаба Коломийского погранотряда майор Лопатин (по другим данным, сводным отрядом командовал майор Филиппов), несмотря на крайне плохие условия содержания, отсутствие надлежащего корма и на предложения командования отпустить собак, этого не сделал. У села Легедзино батальон, прикрывая отход штабных частей командования Уманской армейской группировки, 30 июля принял свой последний бой... Силы были слишком не равными: против полтысячи пограничников полк фашистов. И в критический момент, когда немцы пошли в очередную атаку, майор Лопатин дал приказ послать в рукопашный бой с фашистами пограничников и служебных собак. Это был последний резерв. Зрелище было страшное: 150 (данные различные – от 115 до 150 пограничных псов, в т.ч. и из Львовской пограншколы служебного собаководства) обученных, полуголодных овчарок, против поливающих их автоматным огнем фашистов. Овчарки впивались фашистам в глотки даже в предсмертных судорогах. Противник, искусанный в прямом смысле и порубанный штыками, отступил, но на подмогу подошли танки. Искусанные немецкие пехотинцы, с рваными ранами, с воплями ужаса, вспрыгивали на броню танков и расстреливали бедных псов. В этом бою погибли все 500 пограничников, ни один из них не сдался в плен. А уцелевшие собаки, по словам очевидцев – жителей села Легедзино, до конца остались преданными своим проводникам. Каждая из уцелевших в той мясорубке, улеглась возле своего хозяина и никого не подпускала к нему. Немецкие звери, пристреливали каждую овчарку, а те из них, кого не подстрелили немцы, отказывались от пищи и умерли от голода на поле…
Даже сельским собакам досталось – немцы расстреливали крупных собак селян, даже тех, кто был на привязи. Лишь одна овчарка смогла доползти до хаты и упала у двери. Преданного четвероногого друга приютили, выходили, а по ошейнику на ней селяне узнали, что это были пограничные псы не только Коломийской погранкомендатуры, но и специальной школы служебного собаководства капитана М.Е. Козлова.
После того боя, когда немцы собрали своих погибших, по воспоминаниям жителей села (к сожалению уже мало оставшихся на этом свете) было разрешено похоронить советских пограничников. Всех, кого нашли собрали в центре поля и похоронили, вместе со своими верными четвероногими помощниками, а тайну захоронения спрятали на долгие года… Исследователь того памятного боя Александр Фука говорит, что память о героизме пограничников и их помощников среди жителей села была настолько велика, что, несмотря на присутствие немецкой оккупационной администрации и отряда полицаев, пол села мальчишек с гордостью носили зеленые фуражки погибших. А хоронившие пограничников местные жители, прячась от фашистов, выдирали из красноармейских книжек и офицерских удостоверений фотографии погибших, чтобы потом отправить их для опознания (хранить такие документы было смертельной опасностью, поэтому установить фамилии героев не удалось).
А запланированная триумфальная встреча Гитлера и Муссолини состоялась 18 августа, но, конечно же, не в Киеве, а там, у Легедзино, на том шляху, который вел до Тального и который держали, как свою границу советские пограничники.
Лишь в 1955-м, жители Легедзино смогли собрать останки почти всех 500 пограничников и перенести их к сельской школе, возле которой и находится братская могила.
А на окраине села, там, где и проходил единственный в мире рукопашный бой людей и собак с фашистами, 9 мая 2003-го на добровольные пожертвования ветеранов Великой Отечественной, пограничных войск и кинологов Украины был установлен единственный в мире памятник человеку с ружьем и его верному другу – собаке. Такого памятника больше нигде нет.
«Остановись и поклонись. Тут в июле 1941 года поднялись в последнюю атаку на врага бойцы отдельной Коломыйской пограничной комендатуры. 500 пограничников и 150 их служебных собак полегли смертью храбрых в том бою. Они остались навсегда верными присяге, родной земле».
Сегодня известны лица лишь двух погибших пограничников: лейтенанта и старшины, но кто они, их имена, фамилии, где их родные, нам так и неизвестно…

В. Малютин.
Воспоминание ветерана.

Недавно, прочитав в газете,
От изумления застыл:
Какой-то дядя, так писали дети
Собаку до смерти избил.

И сразу вспомнилось былое,
Один из тех военных дней:
Под танками рвались герои
За землю и за жизнь на ней!

Поверьте, было очень страшно,
Когда железный "Тарантас"
К вам разворачивает башню...
Так вот, послушайте рассказ:

Прёт танк, четвёртая атака,
Земля пылает, вся в огне,
Гляжу, к нему ползёт собака
С каким-то вьюком на спине.

Вот между ними меньше метра,
Рывок... и страшный чёрный дым
Уже разносится по ветру...
Бойцы вздохнули, есть один...

Тот бой закончился удачей,
В тот день отбили пять атак,
И был бы он ещё горячей,
Когда бы не было собак!

А после боя, возле ямки
Звучат прощальные слова,
Собачки маленькой останки
Хоронят за её дела.

Умело насыпан холмик покатый
Между осинкой и берёзкой,
И видавшие виды седые солдаты,
Не стыдясь, рукавом утирают слёзы.

Вот так, всегда собой, рискуя,
Без страха шли они на бой,
И с ласкою слова твержу я:
Собака - друг и пёс - герой!